– Вы связываете снятие санкций с вашими усилиями по их отмене?

– Да. На следующий день после их введения я написал письмо Бараку Обаме. Это был мой первый протест. Затем – в OFAC (Управление по контролю за иностранными активами; NEWS.ru), Минфин и Минюст США.

Я обратился в американскую фирму David F. Hauser, потому что меня могла защищать только компания, аккредитованная в Минюсте США. Первая встреча с ними прошла в Париже. У них час работы стоил то ли $2000, то ли $4000, а мы тогда сидели с восьми утра до часа ночи. Так началась моя борьба.

Я рассказал им все. В санкциях было написано, что я знаком с каким-то сирийцем, вместе с которым якобы продавал нефть ИГИЛ (организация признана в РФ террористической, деятельность запрещена; NEWS.ru). Но я ни разу не видел этого сирийца, ни разу не был в городе, где добывали эту нефть, не знал его компанию.

В общем, юридической фирме я дал расписку, что они могут посмотреть мои счета. А у меня были счета только в Сбербанке и Тинькофф Банке. 10 лет они искали собственность – мою, жены, детей, всех родственников – и ничего не нашли.

Правда, через год они все-таки нашли кое-что – счет на 137 фунтов в Royal Bank of Scotland. Единственный, который я не задекларировал. Я его открыл в 1990-м году, 35 лет прошло. Мы тогда вместе с Гарри Каспаровым (внесен Минюстом РФ в список иноагентов; NEWS.ru) собирались заняться производством шахматных мультфильмов, но счет компании потом закрыли, а про личный я забыл.

OFAC искали – жестко, до белой глины – хотя бы лодку какую-нибудь деревянную. Но у меня принцип: я собираюсь здесь, в России, жить и умирать – зачем мне что-то в других странах? У меня есть дома в Элисте, в Москве. Мне этого хватает.

– Почему было так важно, чтобы с вас сняли санкции?

– Я привык бороться все время. Когда меня исключили из института, я восстановился. Это был 1988-й год, я студент МГИМО, с изучением японского языка. Вдруг меня обвиняют, что я афганский шпион, алкоголик, нехороший человек. У меня был день рождения, мы в ресторане пили, а тогда это запрещалось (во второй половине 1980-х в СССР был введен сухой закон; NEWS.ru). За распитие спиртных напитков меня исключили из института.

Родители мне говорили: «Поезжай домой. Чего бороться?». Но я написал в Верховный суд СССР, что меня несправедливо исключили, обратился в КГБ, в МИД, к президенту СССР Михаилу Горбачеву. Мне было 26 лет. В 26 лет советский человек мог побороть систему? Меня в итоге восстановили в МГИМО.

Для чего я боролся с США из-за санкций? Хотел доказать свою правоту. Посмотрите мои письма, что я говорил американцам: «Если докажете, что я виноват, сажайте меня на электрический стул, а если прав, то положите 50 миллиардов долларов».

Но эти деньги я бы не забрал, а в Соединенных Штатах оставил, создал бы фонд демократических реформ, чтобы менять мировую систему на более справедливую. Как президент ФИДЕ я, наверное, единственный, кто много летал по всем странам и видел, как устроен мир. Общался с Саддамом Хусейном, Муаммаром Каддафи, Башаром Асадом, Генри Киссинджером, Бараком Обамой, Папой римским, Далай-ламой. Я видел, что мир устроен неправильно.

– Что вы имеете в виду? «Неправильно» – это как?

– Мир не стоит на месте. Вот смотрите, мы сидим с вами тут, а, с другой стороны, находимся сразу во всем мире. Вы видели, мне только что звонили из Японии, Монголии, Вьетнама, США и Великобритании. Мы тут, а работа идет по всей планете.

Человечество развивается как организм. Он не может все время в утробе матери находиться. Он родился, развивается. Он не может все время на горшке сидеть. Человек растет, и общество тоже растет. Талант руководителей – депутатов, президентов, премьер-министров – состоит в том, чтобы подстраивать систему, подстраивать законы.

Всегда должен быть результат – под знаком плюс или минус. Но если случается что-то плохое, ты не должен других винить. Если ты под санкции подпал, незачем кого-то ругать. Да, так сложилось. Значит, нужно думать, стараться что-то делать, если ты считаешь, что так неправильно.

Мы живем с вами на маленькой планете под названием Земля. И на ней сейчас идет 117 вооруженных конфликтов. Это правильно? Я считаю, нет. Господь Бог нас создал, чтобы мы здесь жили. Разве в Библии или Коране написано «убей другого»? Нет. А зачем тогда мы убиваем? Раз люди убивают друг друга, значит, это кому-то надо, система такая.

Что такое правильный и неправильный миропорядок? Я об этом много думал. Можно сидеть в горах и молиться, посвятить себя духовному развитию, а потом – левитация, начнешь летать. А с другой стороны, обувь нужно делать? Кушать нужно? Семью создавать нужно? Все время приходится выбирать между идеалистическим миром и материалистическим. Я лично где-то материалист, а где-то – идеалист.

Наш мир состоит из отрицательной и положительной энергии, из плюсов и минусов. Это в философии называется законом единства и борьбы противоположностей. Когда я родился, телефонов не было, а первый черно-белый телевизор появился у наших соседей, у них вся улица собиралась.

А сейчас вы видите, какой технический прогресс? Но в глобальном отношении происходит деградация общества. Взять руководителей из 90-х и сравнить их с нынешними – уровень руководства многих стран падает…

– После снятия санкций вы назвали Дональда Трампа «Богом избранным» президентом. Почему?

– Мы все – божьи твари, это аксиома. Когда я сказал, что Трамп – божий человек, я имел в виду всех президентов. Я и сам возглавлял ФИДЕ семь раз подряд.

Говоря «божий человек», я имел в виду, что миссия Бога идет каждому человеку, но не каждый ее реализует. Человек, избранный народом, – мессия, результат божьей воли. А божья воля – это концентрированная воля народа, сообщества.

Мне было 30 лет, когда я стал президентом Калмыкии. Где я, а где эта должность? У меня все хорошо было: дома, квартиры, банки, бюджет одной моей компании был больше бюджета всей республики. Зачем мне это? Но судьба распорядилась вот так.

Я всегда вел свою политику. Но я считаю, что Трамп пришел изменить мир, помочь его сдвинуть. Человек с харизмой, с сильной волей. Человек, который был в полушаге от смерти, остался решительным. Он начал таможенные войны, и ему было без разницы, друг или враг. Он прислан, чтобы помочь американскому народу.

Некоторые города США – мертвые, в упадке находятся. Хотя бюджеты там колоссальные. Почему? Потому что власти нет, нет системы. Но движение пошло.

– Планируете ли вы снова выдвигаться в президенты ФИДЕ?

– Да, конечно. Я же хотел баллотироваться, но, так как я был под санкциями, мне сказали, что я не имею права занимать этот пост. Можно было упираться, но я человек разумный, просчитываю на несколько шагов вперед.

Сейчас никаких препятствий нет. Передо мной стоят три задачи. Первая – One billion chess players – one billion clever people («Миллиардшахматистов – миллиардумныхлюдей», англ. – NEWS.ru).Чем больше людей играет в шахматы, тем больше людей, которые думают на ход-два вперед, меньше ошибок совершают в жизни. Когда я пришел в ФИДЕ, в шахматы играло в мире чуть больше 100 миллионов.

Отсюда вытекает вторая задача – Chessing schools (шахматные школы). Когда я, будучи президентом Калмыкии, ввел шахматы в школах, через несколько лет успеваемость повысилась на 40%, дети стали хорошо знать физику и математику.

Третья программа – шахматы в деревнях, Chessing village. Когда я ездил по Африке, заметил, что детям в местных деревушках, кроме футбола, нечем заняться. И четвертая программа – шахматы для детей-инвалидов, Chess for disabled children.

– Вы считаете, что вас оговорили, и что инициатором санкций, запрета на выдвижение в президенты ФИДЕ был Гарри Каспаров?

– Выборы были в августе 2014 года в норвежском Тромсе (Илюмжинов победил; NEWS.ru). В сентябре 2013 года в Таллине собирается «Другая Россия» (оппозиционное общественное объединение; NEWS.ru). И там они решают, что надо выдвинуть Каспарова в президенты ФИДЕ. И пошло-поехало – начали деньги собирать, меня шельмовать.

Я видел бумаги, которые прислали в OFAC, мои фотографии с Башаром Асадом. Да, я там был. Мы открывали в центре Дамаска трехэтажное здание с бассейном, 500 детей там занимались шахматами. Я благодарен главам всех государств, которые занимаются шахматами.

Говорили, что я помогал сирийским нефтяникам. Где я и чем помогал? Мои передвижения всем известны, я не могу чего-то скрыть. Я всегда занимался исключительно пропагандой шахмат.

Кстати, Каспарова выдвинула не Россия, а Хорватия. Он сначала хотел через Эстонию попробовать, так как у него вторая жена эстонка, но там ему отказали. Литва и Латвия – тоже почему-то. Но Каспаров видел, что я очень много летаю, что я в тот год около 100 стран посетил, что меня поддерживают.

– Почему Каспаров так поступил с вами?

– Все нормально. У него просто какие-то свои бзики в голове. Вот такие у нас отношения были (показывает совместную фотографию с Каспаровым). Да и сейчас… Правда, что-то он не звонит мне…

– То есть, вы на него зла не держите?

– Я ни на кого зла не держу, я же буддист. Бог нас создал, он нас и заберет. А там – правы вы или не правы, он сам спросит у нас. Я никогда не трачу время на выяснение отношений.

Я с Гариком Каспаровым общался по поводу того, что ему не нравится мое выдвижение в президенты ФИДЕ. Говорю ему: «Я знаю, ты придешь туда и все развалишь». Потому что он по сути своей разрушитель. Он просит деньги взаймы, я ему даю. Через два дня приходит – все потратил. И так по новой.

Я никогда не воюю. Потому что голыми мы в этот мир пришли, голыми из него и уйдем.

15.07.2025

Источник